И был вечер, и было утро - прочитав эти строчки, бабушки Звизди с раздражением захлопнула Тору. Вот это глупость, так глупость - как может быть и вечер, и утро одновременно, а еще говорят, что евреи самые умные - зашлась в возмущение старушка и поклялась, что больше никогда ни одну умную книжку не откроет. Самое умное на поверку оказывается самым глупым - выдав гениальную мысль, бабушка Звизди быстро успокоилась и взяла в руки другую книгу. Первые строки стихов ввергли в каскад необузданных эмоций: "Голая попа в глазах промелькнула, жаль ей цветок не успел подарить, на спицах фортуны она упорхнула, осталось томление в жаркой груди..." Вот это мощь, вот это талант, вот где ум свищет... - приятное наслаждение прокатилось по дряблым мощам и перед глазами бабушки Звизди поплыли картины: на огромном колесе фортуны сидит она, обнаженная, молодая, в руках букет ромашек.... Дальше видение не прорисовывалось. Куда катиться? Так, так, а кто же автор книги? Ба, да это же мой сосед - Тризди. Удивление бушующим потоком страстей унесло от берегов реальности. Фортуна, сверкая спицами, катилась по васильковому полю, на колесе восседала она, молодая, обнаженная с букетом ромашек, а на конце поля, у опушки леса стоял дедушка Тризди, помолодевший на пять лет, с корзиной грибов и ягод.
- Полина Аркадьевна, что Вы щеток в унитазе пооставляли?
Скрипучий голос старого человека прервал ромашко-васильковые мечты бабушки Звизди.
- Вы же знаете, что у меня слабый мочевой пузырь, а туалет час как закрыт на уборку. И за что я вам плачу деньги?
- Ой, Аполлон Анольдович, я малость зачиталась, бегу, сейчас все уберу.
Бросив ненавистный взгляд в строну своего соседа Полина Аркадьевна побежала домывать унитаз. Получив расчет и положив денеги за выполненную работу в карман фартука, уже в дверях осмелилась спросить про книжку - не подарит ли он ее ей на память?
- Полина Аркадьевна, ну мы же не дети. Какие в наше возрасте могут быть подарки друг другу? Платите за нее деньги - ровно столько, сколько она стоит и книга ваша. Я за свой счет издал сотню экземпляров, но только один смог продать. Буду рад, если поможете мне реализовать всю партию.
- Да, да, с удовольствием, но не сейчас, Аполлон Анольдович. Мне еще обед надо приготовить, ужин, к соседке сходить, в общем, дел очень много.
Выпалив все на едином дыхании, бабушка Звизди поспешно закрыла дверь и только на лестничной площадке, переведя дух, про себя выругалась:
- Жадюга. Хорошо еще, что ты не еврей, Тризди, а то бы обозвала тебя жидом.
